ТАНЕЦ ШУТА

... шут и толпа ... шут всегда один, попробуйте на секунду представить себе толпу шутов, - ну максимум двое: творец тоже всегда один, и слова "одиночество творца" стали устойчивым словосочетанием, а одиночество шута? Наверное, все-таки нет, трудно себе представить шута и одиночество, и даже если вокруг никого нет, шут будет смеяться и играть с тем, что его окружает. Хотя конечно и одиночество тоже, особенно в той самой толпе. То есть шут - он как то вместе: и одиночество, и за пределами одиночества ...

... шут и боль ... дорого стоит умение смеяться над собственной болью, обычно боли или поддаешься, или борешься с ней, в любом случае она где-то неподалеку, как враг, если сильная, и хочется победить, как назойливая муха, если слабая, и хочется прогнать. Шут не борется и не прогоняет боль, он как то так впускает ее в себя, что уже и не боль вроде бы. И у каждого стиля шута - у паяцев и клоунов, у скоморохов и арлекинов - свой неповторимый коктейль грусти и радости, боли и сладости ...

... шут и власть ... ну это вообще самое важное, и в нашем мире, наполненном ядом власти до такой концентрации, что никогда не знаешь чем отравишься, то ли на первый взгляд невинным разговором с друзьями, то ли взглядом официантки, то ли занося документы в милое европейское посольство, так вот в этом самом отравленном властью мире чувство юмора останется скоро чуть ли не единственным противоядием ...

... быть близко, очень близко ко всему сущему, но не увязнуть, не дать себя схватить, не нарваться на острые углы настоящего, не взорваться на минах прошлого, проскользнуть в узкие ворота будущего - это все про шута. "Мир ловил меня, но не поймал" - это тоже про шута ...